Я, черт возьми, люблю этот город. Люблю заросшие мхом выщербленные кирпичные стены какого-нибудь полупокинутого дома на задворках монастыря, люблю вылизанные в порыве наведения лоска старинные и псевдо-таковые фасады, выкрашенные в розовый цвет вечерним солнцем, четкую графику стоящих без листьев деревьев и готичный индастриэл строящихся монолитов на фоне серых туч с пламенными краями. И лужи! Обожаю лужи! Кто это сказал? Я? Или Ник??? Да, дорогуша, что-то я расчувствовалась, три строчки патетики - достаточно.

Кстати о лужах... Единственные в Mothercare черные резиновые сапоги николкиного размера оказались мало того, что со спайдерменами по бокам (ну почему они на все детские шмотки лепят этих супергероев, да еще самых тупых из них?) они еще и промокают неизвестным мне образом. Я все швы проварила, а они в том же духе.

7 вечера. Топаем в означенных недосапогах по Неглинной. Дитя нарезает круги среди припаркованных машин, на всю улицу объявляя их марки и натыкается на цветочный ларек. Вернее на огромный цветочный развал, выставленный перед ним, и тут же начинает громко нюхать.Цветочный дядька принял его, как всегда, за девочку, изловил и подарил огромную розу на коротком стебельке. С розой у юноши вид стал совсем романтичный.
Доковыляли зигзагами через Кузнецкий до площади Воровского, и тут дитя легло. На тротуар. И мерзко улыбается. Не, не пойду. Нет, на ручки тоже - фигушки. Делай, мама, что хочешь. Короче, уговариваю юное чудовище подняться, мимо идут симпатичные тетки - и начинается классическая игра "а вот мы тебя с собой уведем". Посмотрел своими прадедушкиными глазами навыкате, улыбнулся, встал. Тётки умилились. "Николай Сухов!" - отрекомендовалось дитя, изобразло нечто вроде римского приветствия - и немедленно снова улеглось поперек тротуара. Готовый этюд, вот вам актерская наследственность, получите. Тетки, теперь числом четыре, хихикают и умиляются еще больше. Я, мать-ехидна, стою, как идиотка, с розой в зубах, кофром на пузе и камерой в руках, снимаю восход луны над зданием КГБ. Пардон, ФСБ. У ног развалился Ник. Я его уже не дергаю - ура, товарищи, можно поснимать то, что хочется, хотя занятие то еще - отсутствие штатива в сумерки и наличие детки, а как следствие такового - полная невозможность включить мозг. Брэкетинг спасает, но не всегда, увы.
Десять минут этого разврата спустя, из ближайшего ресторана выкатывается охранник с очумелыми глазами и вопит "Что случилось???". Где ж ты раньше-то был, дорогой? Ничего, говорю, не случилось, отдыхаем. "Ну что же вы... ну как же это... ну на руки - и..." Вот сами и несите.
Вы когда-нибудь пробовали пронести пару километров бешеного осьминога? Мне удалось. С розой в зубах. Ага.